В детстве Фиона казалась нам просто красивой принцессой, которая ждала спасения. Ну, знаете, классика, где есть башня, дракон, и конечно же, поцелуй истинной любви. А потом — неожиданный поворот с огром, и всё вроде бы встало на свои места.
Взрослея, мы начинаем видеть в Фионе не просто героиню сказки, а важную метафору.
Вспомните её историю. Она заперта в башне не потому, что слабая или беспомощная. Она заперта, потому что мир не готов принять её настоящую. Днём она — идеальная принцесса, соответствующая всем канонам. А ночью превращается в ту, кого общество считает «монстром».
Кого же это нам может напоминать?
Сколько раз мы играли роль «идеальных» на работе, в семье, среди друзей? Улыбались, когда хотелось кричать. Говорили «всё в порядке», когда внутри рушился мир. Прятали свою «ночную версию» — свои странности, боль, усталость, недовольство, настоящие желания — потому что боялись, что нас не примут такими.
Фиона мечтала о поцелуе истинной любви, потому что верила, что он снимет проклятие и оставит только «красивую» часть. Она хотела стать нормальной. Но правда оказалась другой, ведь поцелуй не сделал её «идеальной». Он оставил её такой, какая она есть.
И именно тогда она стала свободной.
Взрослея, мы понимаем, что не обязаны ждать чьего-то поцелуя или одобрения, чтобы принять себя. Мы не обязаны выбирать между «принцессой» и «огром». Мы можем быть и тем, и другим. И настоящее счастье приходит не тогда, когда ты избавляешься от своей «темной стороны», а когда находишь того, кто полюбит тебя целиком.
Фиона — это напоминание о том, что красота не в отсутствии изъянов, а в смелости быть собой.
Даже если этот «собой» — огр с ушами-воронками и любовью к бургерам из крыс.
Мы выросли. И поняли, что не нужно ждать, пока кто-то примет тебя. Нужно самой принять себя. А остальное — приложится.
Психолог: Ульяна Радченко
Взрослея, мы начинаем видеть в Фионе не просто героиню сказки, а важную метафору.
Вспомните её историю. Она заперта в башне не потому, что слабая или беспомощная. Она заперта, потому что мир не готов принять её настоящую. Днём она — идеальная принцесса, соответствующая всем канонам. А ночью превращается в ту, кого общество считает «монстром».
Кого же это нам может напоминать?
Сколько раз мы играли роль «идеальных» на работе, в семье, среди друзей? Улыбались, когда хотелось кричать. Говорили «всё в порядке», когда внутри рушился мир. Прятали свою «ночную версию» — свои странности, боль, усталость, недовольство, настоящие желания — потому что боялись, что нас не примут такими.
Фиона мечтала о поцелуе истинной любви, потому что верила, что он снимет проклятие и оставит только «красивую» часть. Она хотела стать нормальной. Но правда оказалась другой, ведь поцелуй не сделал её «идеальной». Он оставил её такой, какая она есть.
И именно тогда она стала свободной.
Взрослея, мы понимаем, что не обязаны ждать чьего-то поцелуя или одобрения, чтобы принять себя. Мы не обязаны выбирать между «принцессой» и «огром». Мы можем быть и тем, и другим. И настоящее счастье приходит не тогда, когда ты избавляешься от своей «темной стороны», а когда находишь того, кто полюбит тебя целиком.
Фиона — это напоминание о том, что красота не в отсутствии изъянов, а в смелости быть собой.
Даже если этот «собой» — огр с ушами-воронками и любовью к бургерам из крыс.
Мы выросли. И поняли, что не нужно ждать, пока кто-то примет тебя. Нужно самой принять себя. А остальное — приложится.
Психолог: Ульяна Радченко